Яна Чурикова рассказала HELLO!, как пережила расстройство пищевого поведения

Сейчас в соцсетях активно обсуждают так называемый «оземпикалипсис» — тревожную тенденцию, когда голливудские звёзды, включая Кейт Бекинсейл, Ариану Гранде и Дженну Ортегу, выглядят всё более истощёнными. В ответ на эту моду телеведущая Яна Чурикова опубликовала снимок в купальнике — без фильтров и ретуши. В эксклюзивном интервью HELLO! она объяснила, зачем это сделала, и поделилась тем, как пережила расстройство пищевого поведения.

Я, как и любая женщина, колебалась. Но решимости мне придал тот факт, что в информационном поле и в ленте фактически не осталось изображений обычных человеческих тел. Я признаю за каждым право обладать тем телом, которое ему нравится. Но как только этот образ попадает в медиапространство, он перестаёт быть исключительно личным выбором человека и становится проблемой для миллионов обычных женщин.

Сначала фильтры и фотошоп формировали искажённую картину мира — создавали образы людей, которых не существует в реальности. Теперь снова вернулась эта гонка за худобой. Похудеть до истощения, гоняясь за несуществующим идеалом? Я прошла через это в начале своей карьеры. Думала, что проблема ушла и люди, в том числе мои коллеги, стали осознаннее. Но, увы, это не так. Я выложила этот снимок, чтобы в ленте была и простая, обычная русская женщина — и чтобы другие девушки не стеснялись своих тел.

Яна Чурикова не понаслышке знает, что такое расстройство пищевого поведения. В начале 90‑х она пережила анорексию и булимию. В своём спасении телеведущая особо выделяет врача, который помог ей заново собрать себя по кусочкам:

Тогда ещё не было чётких протоколов лечения. Но у меня уже проявились серьёзные физиологические симптомы: потеря памяти, выпадение волос, аменорея, тремор рук. Поэтому первым врачом, к которому я обратилась, стала эндокринолог. Она начала восстанавливать функцию щитовидной железы, а затем поработала со мной и как психолог, и как нутрициолог. Вернула мне фокус на себя, показала направление для дальнейшей работы.

Сейчас точка входа в помощь понятна: есть психологи и специалисты, которые работают с расстройствами пищевого поведения (РПП). Самое страшное, что здесь дело никогда не в самой еде — проблемы лежат гораздо глубже. В моём случае это были отсутствие внутренней опоры, проблемы с самооценкой, неумение справляться с хейтом. С возрастом, когда я разобралась в себе и своих приоритетах, РПП отступило.

Яна признаётся, что долго убеждала себя, будто с ней всё в порядке, и не замечала тревожных сигналов:

Самое страшное, что ты не видишь «красных флагов» — и тебе всё нравится. Даже когда у меня тряслись руки и выпадали волосы, мне так нравилась моя худоба, что я игнорировала эти симптомы. Но когда родственники перестали меня узнавать — тут я поняла, что достигла дна.

Сегодня телеведущая воспитывает дочь и делает всё возможное, чтобы не передать ей свой травматичный опыт:

Я поняла, что служило для меня триггерами, и стараюсь, чтобы дома этих факторов не было. В первую очередь я никогда не оцениваю тело. Никаких фраз вроде «Ой, как ты похудела!» или «Ой, поправилась — надо срочно что‑то делать!». Для начала этого уже вполне достаточно.

Пережив собственную борьбу с расстройством пищевого поведения, Яна Чурикова уверена: